«Друиды! — почему-то мелькнуло в голове. — Что за бред? Откуда им здесь взяться?»

Саша уже собирался сделать шаг вправо, чтобы получше изучить надписи, но в этот момент Фил резко повернулся, и Белов с ужасом увидел, что это уже не Фил, а громадный медведь, вставший на задние лапы. У него были чудовищные черные когти, блестящие, словно вырезанные из эбенового дерева. Белые клыки влажно поблескивали, из пасти обильно текла слюна. Но больше всего Сашу поразили язык и пасть — алые, будто обагренные кровью.

Белов попятился. У него не было при себе никакого оружия. Убегать от медведя нет смысла, не стоит даже пытаться. Ситуация была безвыходной. Он медленно, шаг за шагом, отступал назад и вдруг зацепился пяткой за толстый сук, торчавший из земли. Пошатнулся и чуть не упал. Внутри у него все похолодело. Стоит оказаться на спине, и хищник одним ударом когтистой лапы вспорет ему живот.

«Нет! Уж лучше умереть стоя!» — решил Белов.

Он широко расставил ноги и напрягся, готовясь, как боец сумо, встретить и оттолкнуть зверя обеими руками. Медведь подходил все ближе, Саша уже ощутил его зловонное дыхание, но не двинулся с места и смотрел зверю прямо в глаза — маленькие, красные, сверкавшие в черной густой шерсти как угольки. Медведь выбросил вперед короткую мощную лапу, но стоило ему коснуться Белова когтями, как тут же стал рассыпаться, начиная с косматой головы, словно был из песка. Через мгновение он исчез, испарился, не оставив даже следа,

Саша вздохнул с облегчением. Руки и ноги у него дрожали, сердце бешено стучало в грудную клетку. В этот момент он кое-что понял. Ему внезапно открылось значение камня на поляне. Белов, чувствуя, как внутри разливается странное тепло, шагнул к валуну. Теперь он ясно видел высеченный на нем узор. Саша протянул к нему руку; сияние, исходящее от камня, призывно дрогнуло. Камень словно подталкивал, уговаривал его: «Давай, сделай это!»

И тут Фил, за это Белов мог поручиться, он бы не спутал его голос «и с каким другим, произнес: