Он аккуратно опустился в кресло по другую сторону от столика и, сменив тон на неофициальный, спросил:

— С какой целью вы собираетесь посетить Соединенные Штаты? -

Перед мысленным взором Белова возникло лицо Лайзы — такое милое и родное.

— По делам, — не вдаваясь в подробности, ответил он.

«Ну естественно, — подумал дипломат, — у бизнесмена такого уровня не остается времени на личную жизнь».

— Можете смело заказывать билет, Александр Николаевич, — вице-консул произнес отчество как Николаевишч. — Завтра виза будет готова.

Белов поблагодарил, поднялся и вышел на улицу. Стоял жаркий московский июль. Если точнее, самый его конец. Асфальт побелел от солнца и потрескался, листья на деревьях покрылись слоем сухой пыли. Ничего нового. Ничего такого, чего бы он раньше не видел.

Сначала Саша хотел отправиться на квартиру родителей, но передумал. Ни к чему ворошить прошлое, бередить старые раны. В его душе все сильнее и сильнее разгоралось чувство к Лайзе. Она ждала его в Нью-Йорке, городе, где возможно все…

Из посольства Белов прямиком отправился в гостиницу «Mariott». Снял номер, получил у портье ключ с массивной цилиндрической грушей и шагнул в кстати пришедший лифт. Внутренне улыбаясь, он прислушивался к шепоту двух ярконакрашенных девиц у себя за спиной:

— Смотри, какой красавчик! Сколько с него можно выбить за ночь?

— Остынь, подруга! С ним ничего не получится.

— Это почему?

— Да у него на лбу все написано. Влюблен мужик.

— А-а-а… Ну, тогда пусть живет.

— Пусть. Сейчас это большая редкость — увидеть по-настоящему влюбленного мужика. Да еще в такие-то годы! Ему же не восемнадцать.

Лифт остановился на четвертом этаже, первым вышел Белов, следом за ним девицы. Он продолжали обмениваться репликами:

— Это точно. Повывелись принцы. Ну да ладно, зато все остальные — наши. Не зевай, подруга!